141-метровая Yas, в которую переродился выведенный из эксплуатации нидерландский фрегат Piet Hein, представляет собой одну из самых узнаваемых яхт. Об уникальных характеристиках этого сверхсекретного частного судна, входящего в 10-ку самых больших в мире, рассказывает ее дизайнер Жак Пьержеан.

Фото: Hermine Björkman

В начале 2000-х у Жака Пьержеана, директора французского бюро дизайна Pierrejean Vision, уже была безупречная репутация. Он заработал ее на проектировании интерьеров частных джетов и мог смело гордиться своим плодотворным сотрудничеством с Dassault Falcon, Boeing, Airbus и другими авиастроителями. В 2007 году он как раз был на встрече с представителями клиента в Абу-Даби. Разговор шел о проектировании салона частного самолета. Между делом Жак спросил у своих собеседников, есть ли хотя бы малейший шанс заинтересовать клиента яхтой, построенной по индивидуальному проекту. Уже на следующее утро он представил несколько эскизов и немного рассказал окружению клиента о том, какой может получиться эта яхта. Его поблагодарили и отправили без ответа во Францию. Через несколько дней он получил сообщение с просьбой вернуться в Абу-Даби первым же рейсом. «Что я и сделал, — говорит Жак. — На пути из Дубая в Абу-Даби мне показали полуразрушенный фрегат, стоявший на военной базе, и спросили что-то вроде «как он вам?». «Как он мне? — подумал я. – От надстройки мало что осталось, а вот корпус был по-прежнему толщиной 40 см. Я, конечно, удивился такому повороту событий, но скоро стало ясно, что проектировать яхту мне предстоит на базе именно этого военного корабля». 

Фото: Giovanni Romero

135-метровый нидерландский фрегат F811 типа «Кортенар» был спущен на воду во Флиссингене в 1978 году и наречен Piet Hein в честь знаменитого адмирала Вест-Индской кампании. Строителем была верфь Schelde, входящая сегодня в состав Damen Group. Piet Hein был введен в строй в 1981 году и прослужил Нидерландам до 1998 года. Сразу после он был продан и поступил на службу в ВМС ОАЭ, где его переименовали в Al Emarat (F02). В 2007 году, как раз в том году, когда началось приключение Жака Пьержеана и будущей Yas, Al Emarat был выведен из эксплуатации. В порту Джабаль-Али с военного судна сняли орудия, его надстройку также разобрали и вот в таком виде он и предстал перед Жаком Пьержаном.

Плюс один

На проектирование дизайнеру отвели совсем немного времени. Но это его не смутило и в следующий раз он вернулся из Франции уже с пятью предложениями: «Проектов было на самом деле шесть, но шестой, напоминавший дельфина, казался мне слишком футуристичным. Заказчик пролистал первые пять и, увидев тот самый «плюс один», сказал: «То, что мне нужно». Я, честно говоря, совсем не ожидал такого поворота событий, и лишь предупредил, что такая яхта потребует глубокой и длительной проработки. Это никого не испугало. А я-то как раз сильно беспокоился — мне впервые предстояло заниматься не только интерьером яхты, но и ее экстерьером. И эта яхта должна была стать одной из самых больших в мире».

Фото: Dick Holthuis

Когда заказчик узнал, что строительство такой яхты может занять до пяти лет из-за того, что нужно выстоять очередь на хорошую верфь в Северной Европе, он сказал, что в его планы это не входит. «Я родом из авиастроения, — говорит Жак. — а в авиастроении многое производится вне основного завода, а потом просто собирается на месте, ну я и предложил воспользоваться этим методом. Заказчику такая идея пришлась по душе». С января 2008 года по апрель 2009 года работы велись на военной базе Абу-Даби, затем представителям компании ADM (Abu Dhabi MAR была основана в 2007 году, — Прим. ред.) предложили территорию в коммерческом Порту Заед. Там-то практически с нуля и построили новую верфь под проект Swift 141 (именно такое проектное название получила будущая Yas). На строительство верфи и яхты ушло не более трех лет. И если в январе 2008 года в компании работало 10 человек, то позже, в пиковые периоды строительства, под крылом ADM было более 1000 работников. «Да, пока я занимался проектом на бумаге, господин Йохан Валентин спешно оснащал будущую верфь ADM», — вспоминает Жак. 

Боевой дельфин

Нидерландец Йохан Валентин, как и Жак, сыграл ключевую роль в этом проекте. Он потомственный судостроитель (его семье принадлежал завод Valentijn, спустивший свою последнюю яхту в 1984 году) и бывший топ-менеджер таких верфей как Burger Boat и Dufour, да и просто очень умелый дизайнер (в 70-х и 80-х он спроектировал немало успешных гоночных парусников, включая пару Endevour для Кубков Америки). Именно он разработал сложнейшую морскую архитектуру проекта и организовал саму верфь, построенную при участии мощного ливанского холдинга Privinvest, которому сегодня принадлежит не только полный пакет акций ADM, но также Nobiskrug и еще пара стратегически важных немецких судостроителей, не говоря уже о шербурской CMN. Сегодня Йохан Валентин входит в правление верфи Nobiskrug и, как сам порой выражается, дел у него в рамках Privinvest много, а осуществляет он то, что большинству людей кажется невозможным. Нужно понимать, что именно его команда не так давно построила очередную удивительную лодку «за сто» — 142-метровую Sailing Yacht A.

«Развитие проекта было динамичным и интересным, — говорит Жак. — Сначала речь шла о оборудовании кают на 20-30 гостей, со временем потребовалось в два раза больше. И это было сложнейшей задачей. Дело не только в том, что корпус фрегата был и оставался очень узким (14,5 м), он еще имел характерный изгиб, а значит мы теряли немало пространства. Так что футуристичный дизайн внутри и снаружи продиктован не только желанием уйти от классики, но и формой корпуса судна. Стремлением к эргономичности вопреки всему».

Фото: Hermine Björkman

Стальной корпус во время строительства было решено удлинить до 141 м — от этого и проектное название Swift141. Таким образом яхта попадала в десятку самых больших в мире, и это было невероятно. Форштевень судна также изменился — Йохан и его коллеги сняли бульб с гидролокатором и ловко придали носу новую, более элегантную форму с фирменной зазубриной, а также оснастили его кастомной системой отдачи якоря. По бортам яхты появились так называемые board gangways, благодаря которым гости могут подниматься на борт не только с кормы. При этом яхта осталась без открытых боковых проходов, от чего она смотрится гладкой как пуля.

Корма судна была переделана до неузнаваемости. Появилось место для бассейна типа инфинити, обширного пляжного клуба. Бич-клаб, кстати, скрыт за специально спроектированной карбоновой дверью. Интересно, что эта дверь не только открывается, но и опускается под воду, что очень удобно для гостей во время дайвинг-сессий или просто купаний. А также во время спуска тендера. «Нам честно хотелось расширить корму, сделать ее более открытой, но из-за общего веса судна, от подобных перемен пришлось отказаться», — говорит Жак. 

Процесс надстройки

Как рассказывал прессе в 2011 году Валентин, сложнейшей задачей во всей этой истории, конечно, было остекление надстройки (у одного из инженеров даже случился сильный нервный срыв). И никто кроме Жака не был уверен в том, что все получится. Не удивительно, ведь у стеклянного купола 538 элементов (не позавидуешь тем, кому приходится содержать эти окна в чистоте!). Надстройка нужна была из композитов, а не из алюминия, потому что яхте предстояло ходить на довольно высоких скоростях. В военную бытность максимальным показателем Yas было 32 узла, 20 узлов значились как крейсерская скорость. Сегодня, сменив в процессе рефита мощнейшие газотурбинные 56000-сильные двигатели на пару дизельных MTU, она развивает до 26 узлов. Возвращаясь к композитной надстройке, Валентин называл ее тогда самой большой из когда либо построенных. 

Сам же Жак говорит о надстройке так: «Сначала мне казалось, что это мой сон стал вдруг явью, мы строили яхту по моему очень смелому дизайну, позже я потерял сон и не мог спать в принципе, такой напряженной была работа над проектом». При словах о его уверенности в том, что все с остеклением получится, он улыбается и вспоминает, что подрядчика было найти совсем не просто. Сначала были претенденты из Новой Зеландии, затем контракт отдали французам, а в итоге надстройка была изготовлена в США. Модули размером 35 на 8 метров были доставлены в Абу-Даби, где и были собраны. В ночное время у пяти сотен окон включается специальная LED-подсветка. «В дневное время в помещениях, попавших под эту ленту из стекла, — в мастер-сьюте, на мостике и во всех возможных зонах отдыха со стороны кормы и носа — затемнение стекла можно смело менять, вплоть до полной непрозрачности — говорит Жак. — Все благодаря особому покрытию с внутренней стороны окон».

Внутри

Палуб у яхты шесть, подтверждает Жак. Есть техническая нижняя, простирающаяся на 100 м в длину. Зона экипажа расположена на палубу выше, на этом же уровне можно найти камбузы. На следующем уровне размещаются гости в каютах, а основная палуба отдана под общественные зоны. Интересно, что на миделе яхты организована арт-галерея. «Мы пригласили художников из самых разных уголков мира. И собрали уникальную коллекцию для этой яхты», — говорит Жак. Наверху — личная палуба владельца, а над ней — капитанский мостик и сандек с вертолетной площадкой (на хелипаде нередко можно увидеть красно-белый Agusta). Интересно, что владелец Yas любит наблюдать за тем, как управляют яхтой, поэтому на мостике для него изначально было предусмотрено особое место. Ну а о навигационном оборудовании яхты, впрочем как и о ее системе безопасности, ходят легенды.

Интерьеры яхты до сих пор не демонстрируются в прессе. Только рендерные изображения. «Причем цветовая гамма в интерьере совсем не такая, как на этих эскизах, иначе мы бы и этого не смогли показать», — отмечает Жак. Но говорить об интерьере Yas он может. И делает это с удовольствием.


«Помню, как заказчик попросил меня найти надежного человека, чтобы обсуждать все необходимые детали с его супругой. Это, естественно, должна была быть женщина. И ей стала моя коллега Агнес Гиу, с которой мы работаем над интерьерами самолетов и яхт вот уже более 30 лет. Нам предстояло разработать все необходимое для яхты Yas. Все зоны интерьера, а на борту есть несколько библиотек, кинотеатр, салон красоты, медицинский центр и кабинет дантиста, а также логотип и форму для команды». В отделке интерьеров принимали участие такие знатоки, как Metrica, Struik & Hamerslag, Greenline. По словам Жака, не более 20% мебели было куплено, остальное было изготовлено специально для Yas. «Мы проектировали всю встроенную мебель. Например, в каждой каюте есть необычный шкаф, с мини-баром и аудио-оборудованием».


Одним из ключевых элементов интерьера судна стали видеоинсталляции. «Когда, например, гости попадают на борт яхты с кормы, они оказываются в своеобразном темном коридоре, в конце которого установлен экран размером 6 на 5 метров и на нем отображаются самые разные видео. Это может быть жизнь под водой или будни джунглей, — описывает обстановку Жак. — На тот момент такого до нас на борту яхты никто не делал. Мы сотрудничали с одной нидерландской компанией и гордимся этой коллаборацией». Другой пример — лифт. «Внутри у вас складывается впечатление, что вы находитесь на большой глубине под водой, а если на ходу поднять глаза, точно почувствуете себя как дайвер во время всплытия, и солнечный свет будет вашим ориентиром», — продолжает Жак. В одних помещениях Yas видеоэкраны расположены на полу. В других они стали столешницами и используются для настольных игр, а по желанию превращаются в айпады. «Да, представьте себе 10 лет назад нас уже попросили, чтобы столы функционировали как огромные айпады, — смеется Жак. Конечно же, такой высокотехнологичный интерьер нуждается в постоянных апдейтах. Чем и занимается студия Жака по сегодняшний день. «В данный момент мы работаем над очередным обновлением», — говорит он. В остальном, на борту за эти годы мало что изменилось. Сделал бы Жак что-то иначе, если бы проект предложили ему сегодня, а не 10 лет назад? «Ну нет! Может только настоял бы на том, чтобы кают было поменьше», — улыбается дизайнер.

ADM Yas

Архитектура: Schelde Groep BV, ADM
Экстерьер: Pierrejean Visiont
Интерьер: Pierrejean Vision
Верфь: ADM
Корпус: сталь
Надстройка: композит
Год: 2011
Длина: 141 м
Ширина: 14,5 м
Осадка: 4,3 м
Каюты: 30
Пассажиры: 60.
Экипаж: 60
Двигатели: 2 х MTU (11 200 л.с)
Скорость (макс.)/(крейс.): 26 / 20 узлов
Запас хода: 5000 морских миль